18+

Кто на сайте

Сейчас 35 гостей онлайн

Василий Бородин. Некуда расставаться

***
что поделаешь
в небе ещё не тишь
ещё не летишь
ещё не вываливаются из карманов

и не катятся далеко
хлопья жёлтых туманов
споры дождевиков
а сидишь себе и главенствуют
над тобою забор и лес
синий как деревенская
безучастность, любовь небес

 

***
на чае синий день темней,
и гуще пьёшь его: горяч,
он состоит из прежних дней
и ими же тяжёл и зряч,
как внутренний любой огонь,
качнувшийся не опалить,
а греть ночным костром ладонь
и о лице молчать и длить

 

***
тропы на спинах
ветра в холмах
хворост на спинах;
спины в домах

в комнаты смотрят;
лИца — в окно
смотрят и смотрят
очень давно

ночью седеют
дым и трава
речь оскудеет
станет права:
— я тебя дольше
— ростом с "домой"
— мимо, как дождик
— свет мой немой

 

***
чтО растопка печная — трещины бересты
...в дождевых доспехах вернуться — а спички где?
керосиновой лампы колпак орёт
и ни слов ни глаз
а печного огня нос бычий тАк дует дому:
"я твой сквозь-время-паровоз
я твой час"

 

***

Галя Рымбу
спрашивает вконтакте:
под какую музыку хочется умереть

но ведь это хочется молча
"некуда смотреть"
"не в себя же опять смотреть"

Витя Иванив
слушал так вконтакте
Цоя по ночам
мы молчали с ним, я молчал
но вот музыку открываешь в пять часов ночи
а там Витя, вообще один
цел, молчим

а вот с Бобыревым сидим
говорю: десять лет назад презирал
Моргунова и Пимочкина, их дебюты машин, женитьб
но и знал — тогда же, не погодя:
они все святые
а я зритель точек дождя

...у Айги в деревенском доме —
полка, гордая, его собственных книг
на всех языках
и одно зябкое одеяло
а потом он выходит: ватник
валенки снег забор
и закуривает на ходу

вот и друг мой Андрей решил:
в поэты пойду
вот и друг мой Гриша решил:
в поэты пойду
вот и — ктО раньше всех пошёл?

мальки зимних московских звёзд
почему дрожат
половина их — самолёты
кулак разжат
из него катятся и звенят
по просоленной тротуарной
плитке — дни
катится и звенит
солнце
завтрашнего дня

 

***
1
стоя головой на голове у гимнаста брата
глядя бедному отцу в перевёрнутые глаза
говорит себе: это кончится же когда-то?

а за городом — вдруг гроза
и в домах моют чашки пальцами — тусклым скрипом
круговым, как стрелки секундной ход,
всё обведено; стоЯт липы —
так солдаты идут в поход:
"запевала, дай помолчим,
крышкой на цепочке
о брезентовую грудь фляги
тупо постучим"

2
сидит головой к голове пса, а брат играет:
стрУны-вОлны гаснут, молчат под стук
долгого дождя; что-то замирает
в самой сердцевине времени: оно круг
недочерченный, и в домах — чашки ставят
с осторожным звоном на пОлки и так глядят
в окна — чёрные зеркалА — что печаль взлетает,
и вот стаи сестёр-печалей в ветвях сидят
у дождливых и золотых лип —
солдат окопы
заставляют так рыть и рыть:
"давай постучим
крышкой фляги
в небо самОй Европы,
сядем рядом
в сАмой её ночИ"

 

***
что шар жизни стальной
растёт ежесекундно
перекатывается друг дружке
нА ноги, в руки — и

растёт —
вот:
с планетой совпал
и друг дружке её до дома
донести, как большую сумку
стоять смотреть
как зажглось окно

 

***
кто б стал столь действительно человек
чтоб с собой поссорившись помирить
именно счастливою стороной
глупость и отчаянье — тишиной


мы пойдём на площадь нести своих
заблуждений птиц больных отпускать —
они преображаясь в слои-слои
золотое облако будут ткать

до свиданья, дробность! мы все одна
робкая бесследность, старенье без
становленья, чуткая ложь-вина,
веки её, вес

неподъёмный взгляду прямому — так
площадью сутулой пройдём в дожде
и табак повиснет сверкнёт пятак
в скачущей воде

тирания, мы тебя сберегли
а тебя, любовь, продержали на
хлебе и воде — и почти пришли
и весна, весна

 

***
кажется я
существую огни в метро
запятая огни в метро
кажется кажется меня гонят огни в метро


вот и ты
существуешь среди огней
запятая огней в метро
ясно что? ясно что тебя гонят огни в метро

а вот было изгнание из Эдема и вот Адам
Еве говорил: ладно, как получилось
так получилось, я тебя не предам
поле после дождя блестит; была ярость, а будет милость

зря ли я называл зверей: вол откликнется и пойдёт
голову наклонив, а я скреплю плуг: вот верные
две верёвки верблюжьей шерсти, и мы, наверное,
через год первый раз спечём хлеб и под деревом посидим,
гнездо упадёт

успокоим как-то птенца — а там наши дети
побегут-побегут погодки по полю — так
сами годы будут бежать, плыть как лодки, сети
с золотой чешуёю будущего тянуть а мы будем думать, что это так

хорошо: без слов думать, что пришла старость
можно никуда не смотреть
вот закрыли глаза а там крУжатся милость, ярость
как большая листва в прощающем ноябре

 

***
все эти книги огромные в тишине
радостные в дороге
тают в конце концов чтобы было не
жалко прощаться на временнОм пороге

с вчитанными в них, значит, очами — те
сАмой мелькнув прохладцей
всю пустоту швырнули к всей пустоте
ветер, апрель, и мелкий снег полетел
некуда расставаться

19-10-2017

 

Новое на сайте:

Отправить свое произведение

Вход



Регистрация

*
*
*
*
*

Поля помеченные звездочкой (*) обязательны для заполнения.)

Яндекс.Метрика